ПРИТЧА РЕЖИССЁРА

Мир охвачен страшной войной. Разные у неё есть названия, иногда её ещё называют апокалипсис. Эта страшная война не просто идёт между кем-то и кем-то, но идёт между каждым и каждым, между всеми и всеми. В ней перемешана война империалистическая с войной гражданской. И всё это происходит не только среди людей, но и среди букв. Это происходит в самом языке. Гражданской войной охвачены слова.

Все перебили всех. И вместо живого мира осталось гниющее поле битвы. Маня и Ваня – два ангела-спасителя, два ребёнка – ищут путь спасения мира. Они находят мудрейшего дракона, который должен исправить неисправимое положение вещей. Ангелы обращаются к дракону с просьбой дать им средство для исцеления мира. И мудрый дракон дарит Ване склянку с живой водой, а Мане – с мёртвой.

И вот, Ваня, как только получает живую воду, стремительно бежит на это страшное поле битвы, где лежат гниющие останки человечества. И только вступив на него, сразу же начинает поливать всё вокруг живой водой – и останки восстают! Нос отдельно от глаз, уши в одну сторону, ляжки в другую, кусок жопы в третьей стороне, плеча в четвёртой – и всё это восстаёт и возникает огромная ожившая расчленёнка! В пароксизме жизни она пляшет на этом поле.

Ваня в ужасе смотрит на содеянное. В этот момент прибегает Маша.

-  Что же ты сделал!? Вначале мертвая вода, и только потом живая, – кричит она.

После чего они вступают на тропу тяжкого и долгого труда, собирая плечо к плечу, нос к лицу, лицо к телу, восстанавливают единство каждой фигуры из всех бесчисленных павших. И вот, наконец, Маня поливает их мёртвой водой, давая возможность срастись всем органам. И уже Ваня опрыскивает живой водой поле битвы. И тогда восстают вновь обретшие цельность.

Но – ужас! Воины опять начинают убивать друг друга. С неистребимой яростью и силой бросаются они друг на друга! Опять воюют друг с другом люди, язык сам с собой, слова со словами, буквы с буквами. Гражданская война перемешивается с империалистической. Всё начинается заново.

Задумчивый дракон зависает над полем битвы во внутреннем тупике, внутренней стагнации, остановке, смотрит он на эту бесконечно воспроизводящую саму себя войну. И вот выдыхает дракон смертельный огонь, и все воины разом ложатся на поле битвы.

- Что же нам делать? – спрашивают Ваня и Маня дракона.

- Похоронить.